classic_art_ru

Илья Машков. Натюрморт с парчой, 1914. Холст, масло. ГРМ

Масштабная ретроспектива Ильи Машкова объединяет около 200 произведений мастера и не имеет аналогов в музейной практике, поскольку его значимые работы распылены по разным собраниям России и бывших советских республик. Илья Машков - ведущий художник русского авангарда, сооснователь объединения «Бубновый валет» и один из лучших колористов в искусстве ХХ века. Название выставки указывает на то, что в своей практике Машков отказывался признавать оппозиции авангарда, классики и китча и считал, что все их можно объединить в живописном опыте. Он не стеснялся писать натюрморты по мотивам аляповатых росписей подносов, совмещать в одной постановке огурцы и фарфоровые статуэтки, любые другие предметы и мотивы для активации цветовых ощущений. Пройдя увлечение примитивизмом, Машков последовательно развивал живописное восприятие на основе метода Поля Сезанна и считал, что этот метод позволит ему войти в классическую традицию и начать новую эпоху Ренессанса на современном этапе. Это он и попытался сделать в начале 1920-х годов, будучи преподавателем Свободных художественных мастерских и ВХУТЕМАСа.

Многие работы Машкова, созданные в 1920-1930-е годах, до сих пор вызывают немало споров: одни критики считают их живописными шедеврами, которые по уровню мастерства приближаются к искусству старых мастеров, а другие называют банальностью и скатыванием в китч. Еще современники художника нередко затруднялись с оценками, их смущало сочетание натурализма с формально-пластическим подходом к интерпретации мотивов. Натюрморты Машкова ничем не напоминали изображения блюд в «Книге о вкусной и здоровой пище», а представленные на портретах люди смущали застылостью поз и крайне редкими проявлениями эмоций. Значительно меняясь с каждым десятилетием, художник принципиально не отступал от своего метода и развивал его в процессе преподавания, которое долгое время оставалось основным источником заработка. Машков начал преподавать еще в период обучения в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (МУЖВЗ), открыв частную студию для занятий живописью. После Октябрьской революции он участвует в преобразовании МУЖВЗ в Свободные художественные мастерские, а потом руководит индивидуальной мастерской во ВХУТЕМАСе и рабочей студией при Ассоциации художников революционной России. Даже в 1930-е годы Машков выступает с инициативой об организации в Москве индивидуальной живописной студии и создает такую в родной станице Михайловской.

Экспозиция построена на сравнениях и перекличках работ, сделанных в разных жанрах. Машков часто варьировал свои темы или повторял их с вариациями спустя пять-десять лет. Вслед за Полем Сезанном он чередовал и совмещал опыты натюрмортного, портретного и пейзажного восприятия, но в качестве формообразующего жанра писал и рисовал с натуры обнаженную модель, что было совсем нехарактерно для Сезанна.

Справа - Дама с контрабасом (Елена Фёдоровна Фёдорова - вторая жена Машкова), 1915. Холст, масло. ГРМ

В конце 1900-х Машков создает серию портретов с яркими декоративными задниками и для каждой работы придумывает оригинальные варианты отношений фигуры и фона. В «Портрете В.П. Виноградовой» (1909) персонаж интегрируется в орнаментальный ритм, а в картине «Дама с китаянкой. Портрет Е.И. Киркальди» (1910) плоский задник интерпретирован так же объемно, как фигуры, и вместо орнамента введен сложный желтый фон, чтобы дама и декоративная китаянка воспринимались уже как пространственные формы. Этюд к портрету Киркальди был написан с натуры и затем включен в портретную композицию. «Портрет Е.И. Курлянда» (1909) и «Портрет поэта» (1910) могут восприниматься как дополняющие друг друга по цветовым контрастам красного и глубокого синего фонов. Сами фигуры серые, но Машков заставляет их резонировать ярко и оживляет небольшими акцентами других цветов. Во втором случае фигура нарочито геометризирована, и не исключено, что художник пародирует персонажей на портретах кубистов. Он демонстративно не желает следовать какому-либо одному направлению.

Портрет В.П. Виноградовой, 1909. Холст, масло. Дама с китаянкой. Портрет Е.И. Киркальди, 1910. ГТГ

Слева - Ефрем Исаакович Курлянд, коллекционер, собиратель произведений художников общества Бубновый валет. Совладелец московского магазина багета, рам, картин, портретов, открытых писем и художественных принадлежностей.

Портрет Е.И. Курлянда, 1909. Холст, масло. Портрет поэта, 1910. Холст, масло. ГТГ

Два варианта композиции «Яблоки и груши на белом» 1908 года с яркими цветовыми акцентами и скомканной драпировкой наподобие гористого пейзажа выдают ранний интерес Машкова к натюрмортам Поля Сезанна. А один из вариантов содержит орнаментальный мотив на стене. В «Натюрморте с фруктами на фоне тканей» (1908) художник вводит сложный орнаментальный задник и черную драпировку с золотыми узорами, заряжая цветовой энергией всю композицию, а в картине «Натюрморт. Яблоки» (1910-е) он разбивает фон на две контрастные зоны, что позволяет повысить цветовую звучность плодов. Этот сравнительный ряд завершает «Клубника» 1939 года с очень похожей постановкой. Машков периодически возвращался к своим ранним постановкам и мотивам, повторяя их уже на новом уровне живописного восприятия.

Яблоки и груши на белом, 1908. Холст, масло. ГТГ. Частное собрание

Натюрморт с фруктами на фоне тканей, 1908. Холст, масло. Частное собрание

В работе "Ягоды на фоне красного подноса" художник сравнивает натюрмортную постановку и декоративный поднос как два овала, устраивая перекличку между предметами и орнаментом. В результате все формы как будто зависают между плоскостью и пространством.

Ягоды на фоне красного подноса, около 1910. Холст, масло. ГРМ

Натюрморт. Яблоки, 1910-е. Холст, масло. Астраханская картинная галерея

Натюрморт с венками, яблоками и сливами и натюрморт с турецкой набойкой похожи по композиции и постановке, только в первом случае Машков увязывает натюрмортные формы с круговыми мотивами на орнаментальном фоне, а во втором использует более сложный задник с декоративными пейзажами и фигурами.

Натюрморт с венками, яблоками и сливами, 1912-1914. Холст, масло. Национальный художественный музей Республики Беларусь
Натюрморт с турецкой набойкой, 1913. Холст, масло. Саратовский художественный музей

Та же набойка появляется в Портрете дамы в кресле и становится связующим активом в переходе Машкова из одного жанра в другой.

Портрет дамы в кресле, 1913. Холст, масло. Екатеринбургский музей изобразительных искусств

В натюрмортах начала 1920-х художник радикально меняет предметный репертуар: в этот период преобладают раритетные и даже антикварные вещи, а вместе с ними меняются и живописные решения, тяготеющие к музейным образцам классического искусства. Но при этом Машков пытается настроить предметы на общий тон, чтобы преодолеть схематизм построения. А «Натюрморт с фигуркой (Фарфоровая статуэтка и часы)» (1922) уже продуман до мелочей: предметы отражаются на полированной поверхности стола, и эти отражения перекликаются с пейзажными мотивами гобелена на дальнем плане. Такого рода построения позволяли Машкову объединять несколько жанров - натюрморт и пейзаж с фигурами. С уменьшением размеров предметов художник уменьшает живописные мазки и пытается писать многослойно. Подобные работы напоминают голландские и фламандские натюрморты XVII века, но их нельзя считать подражательными, поскольку Машков развивает свой индивидуальный метод, в котором хочет синтезировать разные живописные традиции.

Сравнение работ в жанре ню демонстрирует нарастание цветности. В 1908 году под впечатлением от картин Анри Матисса, увиденных в собрании Сергея Щукина, Илья Машков сначала вводит в постановку цветные ткани, а затем активно использует цвет, моделируя формы, чтобы уйти от «мыльных» монохромных решений, преобладавших в работах учеников cтудии Валентина Серова, который поначалу был крайне недоволен увлечениями Машкова. Следует отметить, что женскую обнаженную натуру в Московском училище живописи, ваяния и зодчества стали писать и рисовать только с 1895 года, и ко времени поступления Машкова в Училище эта практика была еще новой. В композиции «Обнаженная натурщица в мастерской» (1908) внимание притягивает черная мужская фигура на втором плане, она выглядит пугающей и заставляет вспомнить сцены из репертуара Эдварда Мунка. Впоследствии Машков полностью отказался от двусмысленных образов.

Автопортрет часто используется как визитная карточка художника, хотя это самая нехарактерная работа для него. Машков максимально упростил формы до элементарных геометрических фигур и детского рисунка. Возможно он примерил на себя популярную в то время эстетику кубизма, но в дальнейшем он пытался адаптировать отвлечённое конструирование к натурному восприятию, как это происходит в картине "Натурщица" .

Натурщица, 1912-1913. Холст, масло. Вологодская картинная галерея. Автопортрет, 1911. Холст, масло. ГТГ.

Пейзаж «Женевское озеро. Глион» (1914) имеет скругленные планы, каждый из которых трактован как объемная форма. По своим ритмам он может напомнить ранние круговые натюрморты и пейзажи по мотивам подносов. Но, несмотря на обобщение, местность вполне узнаваема, а в центр композиции попадает знаменитый Шильонский замок. В других швейцарских работах Машков пытается уйти от условных скруглений и конструировать уже последовательные переходы из плана в план. В 1915 году эти поиски продолжатся в крымских пейзажах.

Женевское озеро. Глион, 1914. Холст, масло. ГТГ

Дом в парке. Лунная ночь, 1903-1905. Холст, масло. Музейное объединение "Художественная культура Русского Севера". Архангельск
Портрет девочки, 1903-1904. Холст, масло. Волгоградский музей изобразительных искусств

Портрет Н.М. Усовой, 1915. Холст, масло ГТГ

Портрет художника А.И. Мильмана, 1916-1917. Холст, масло. Волгоградский музей изобразительных искусств имени И.И. Машкова

«Женский портрет с зеркалом» (1918) и «Портрет 3. Д. Р. (Дама в голубом)» (1927) очень близки с точки зрения постановки, хотя созданы с интервалом почти в десять лет. Первая картина исполнена контрастно, и все яркие цвета в ней просматриваются вполне определенно. Похожая пластика форм наблюдается в натюрморте «Букет в черном кувшине на синем фоне» (1916).

Второй портрет отличается строгой ясностью и написан уже смешанными цветами: вместо синего - голубой, вместо желтого - охра и коричневый. В верхней части доминирует широкое зеркало, и отражение интерьера с картинами и драпировкой дает Машкову возможность расширить цветовой диапазон и разыграть выбранную гамму в другой, более высокой тональности. Основные живописные ходы намечены уже в предварительном рисунке, где контуры форм очень зыбкие и допускают проникновение в пространство. Эта работа подводит итог портретным экспериментам Машкова в 1920-е годы.